Какая польза в изысканной еде?

Какая польза в изысканной еде?
Какая польза в изысканной еде?

Блаженствовать едой и абсолютно не волноваться о весе — для большинства это звучит нереально. Изобилие еды и стимулирование инстинкта потребления, характерные для нынешнего общества, разжигают аппетит. Что толкает нас к надобности беспрерывно контролировать вес, чтобы избежать связанных с этим психологических проблем и неприятностей со здоровьем?

Наши взаимоотношения с едой отягощены беспокойством и ощущением вины, оставляющими излишне капля места для блаженства. Гурманы — дилетанты важнецкой еды — могут преподать задание наслаждения вкусом, для того чтобы помочь приблизиться к гармонии будто с едой, настолько и с телом.

Жидкие вина, экзотические фрукты, деликатесы дают утонченное наслаждение нашим ощущениям. Воспитание похотливости, обострение восприятия помогают важнее узнавать самих себя и облегающий мир.

Роскошь выбора

Домашний ужин со свечами и столовым серебром: «Я предвкушаю это по пути с работы домой, — рассказывает 32-летняя Светлана, — жду этого момента, когда я наконец останусь наедине с собой и смогу поужинать — эстетски, с наслаждением, с кубком боготворимого вина. Это блаженство, какое можно сравнить неужели что… с важнецким сексом!»

«Утонче еда — век уместный и самый милый гостинец, какой можно сделать облегающим. Или самому себе, — утверждает 30-летний Александр. — Будь то домашний сыр, взятый на ферме в Трансильвании, или знаменитый джем из розовых лепестков, какой продается всего на Пикадилли, или попросту занимательное вино из гастрономического бутика — это любострастное блаженство в безукоризненном виде».

Аккуратно настолько же, будто при массовом производстве любых штук, в случае с едой действует принцип: выбирать не численность, а качество.

«Вместо отказа от блаженств можно переориентировать собственный выбор, — поясняет философ и социолог, эксперт в области «психологии люкса» Жиль Липовецкий. — Эта тенденция пересмотра предпочтений возникла благодаря демократизации культуры гедонизма и затрагивает основным образом посредственный класс».

Деликатесы из гастрономического бутика — безусловная роскошь, однако она доступна гораздо большему количеству людей, нежели «Феррари». Эта роскошь-удовольствие узко связана с эмоциональной сферой и возвращает от надобностей социальных(демонстрировать собственный статус и финансовые возможности)к надобностям любострастным. А заодно позволяет повысить самооценку.

Пробовать на вкус

Придавать смысл тому, что ешь, — это равнозначно тому, что пробовать жизнь на вкус, считает гештальт-терапевт Ольга Долгополова.

«То, будто человек глядит к еде, — своего рода метафора того, будто он глядит к жизни, — говорит она. — Человек, неразборчивый в еде, аккуратно настолько же всеяден в жизни. Или, если у него несварение желудка, он не в состоянии «переварить» то, что происходит в его жизни. А если он переедает, то и в жизни, скорее итого, он настолько же механически, бездейственно поглощает все случающееся с ним, не усваивая — не ладя осознанного выбора и не извлекая опыта».

Потребность есть вяще, чем надобно для поддержания жизни, почитается показателем того, что многие жизненно величавые надобности не удовлетворены.

«Подобный человек не умеет удовлетворять эти надобности в контакте с людами, с облегающим миром, — продолжает Ольга Долгополова, — это надобности в любви, реализованности, собственной ценности, в принадлежности к группе и т. д. На образце того, будто человек контактирует с едой, Фредерик Перлз выстроил гештальт-терапию, какая позволяет исследовать и восстанавливать контакты с облегающим миром».

Вернуться в малолетство

По мнению психологов, утрата способности кормиться в соответствии с индивидуальными надобностями может приключиться еще в младенчестве.

«Маленькому ребенку утилитарны невозможно скормить вяще еды, чем он может съесть, — он еще не может контролировать рвотный рефлекс, — объясняет Ольга Долгополова. — Аккуратно настолько же, будто невозможно заставить его есть то, что не нравится, или когда он не голоден. Исподволь его приучают есть по часам и всего то, что здорово и сколько полезно».

Человек, управляемый порядком, — наиболее подконтрольная, эффективная социальная кол, он может работать по восемь часов в день с одним интервалом на обед — и полностью перестает ориентироваться на надобности собственного организма. Настолько теряется контакт со своим телом в том, что дотрагивается шамовки.

Нередко мы едим механически, утилитарны не замечая вкуса, вдруг просматривая новости или газеты. А необходимое для организма численность еды измеряется общепринятыми порциями, а не натуральным ощущением насыщения.

Многие люд утилитарны ввек не ощущают голода, потому что держатся регулярного трехразового питания, а кое-какие не испытывают взаправдашнего ощущения сытости, потому что не позволяют себе наедаться, считая калории. Будто выстроить более натуральные, посредственные, «вкусные» взаимоотношения с едой?

Осознанное гурманство

«Гурманский», избирательный подход к еде заставляет концентрироваться на вкусе, быть внимательным к его нюансам. Например, когда мы пробуем что-то новоиспеченное, мы впитываем, оцениваем этот новейший вкус, погружаемся в свои ощущения. Дегустация, намерение распробовать продукт на вкус позволяет алкая бы на кратковременное времена полностью сконцентрироваться на любострастном контакте с облегающим миром.

«Для того чтобы более полно чувствовать вкус шамовки, необходимо в этот момент не делать ничего иного, — продолжает Ольга Долгополова. — Не читать книгу, не смотреть телевизор, в идеале — даже не водиться. Находясь в таковом абсолютном контакте с едой, человек не съест вяще, чем необходимо для организма. Аккуратно настолько же, будто он не сможет есть то, что ему не нравится. Безусловно, можно достигать состояния комфорта, удовлетворяя несколько надобностей вдруг: например, есть и читать книгу, есть и смотреть телевизор. Однако комфорт не век означает абсолютный контакт с всякой из надобностей. Вдруг несколько девал позволяют избежать ощущения неудовлетворенности, усилия, скуки или пустоты».

В качестве упражнения «на осознанность» можно попробовать принимать пищу в порядке дегустации — попытаться прочувствовать ее вкус, смакуя ее крошечными порциями, вручая вкусовым рецепторам полностью оценить все ее качества и прислушиваясь к ощущениям тела.

Наслаждение и кара

Итак, вернуть себе наслаждение вкусом — один-одинехонек из путей урегулировать взаимоотношения с едой. Однако для этого придется преодолеть очень мощные блоки, бытующие в человечьем сознании на протяжении тысячелетий.

«Чревоугодие — один-одинехонек из смертных грехов. Эта идея запечатлелась в нашей культуре, — анализирует Жерар Апфельдорфер, психиатр и психотерапевт, специалист по проблемам питания. — Ныне она несет еще и груз предрассудков и пуританского морализма, какие прежде относились к сексуальности».

Всякий грех должен быть наказан, поэтому наслаждение едой настолько узко связано у нас ощущением вины. Советы Апфельдорфера пациентам состоят в том, чтобы полностью отказаться от навязанных извне концепций сравнительно «правильности» питания и довериться себе, прислушаться к своему аппетиту.

«Нет провиантов питания, плохих по своей натуре, — уверяет Жерар Апфельдорфер. — Пункт всякого из них в нашей жизни зависит от наших надобностей, голода, желаний». Даже когда девало дотрагивается самых калорийных провиантов, он рекомендует не исключать их, а употреблять с необычным вниманием: медлительно, с блаженством, концентрируясь на ощущениях и останавливаясь в момент абсолютного удовлетворения.

Почему «вкусно = вредно»? 

«Лакомыми нам видятся собственно высококалорийные продукты. При этом вредны не сами эти продукты, а их излишек в рационе», — объясняет диетолог-эндокринолог ГУ ЭНЦ РАМН Наталья Калинченко.

«Скорее можно говорить о том, что репутацию «вредных» получили продукты, какие для большинства из нас вкусны. Например, утилитарны всем мил сладкий вкус. Мы даже используем эти слова будто синонимы: «сладко спать» или «сладкая», то есть милая жизнь. Сладкое вызывает выработку «гормонов удовольствия» — неудивительно, что мы влечемся к наслаждению сладким вкусом.

А, например, жиры обладают свойством поглощать и сохранять ароматы, какие, в свою очередь, тоже одна из важных составляющих вкуса провианта. И сахара, и жиры — величественнейшие поставщики энергии — вероятно, поэтому естество сделала их таковскими притягательными, лакомыми для нас.

«Вред» связан в первую очередь с возвышенной калорийностью. Таких сластей, какие сейчас присутствуют на нашем столе, ввек не было в натуре — например, рафинированный сахар, — и их калорийность избыточна, необычно если принять во внимание нынешний образ жизни. Кроме элементарных проблем с весом излишек жирного и сладкого может повлечь иные проблемы — например, заведенный сахарный диабет или атеросклероз».

Похожие статьи
Комментарии - Всего 0
Loading...
Оставить комментарий


Книги
х